?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

«...несмотря на сомнения некоторых экспертов, ... я всё-таки убеждён, что нормой в России ... должна стать семья с тремя детьми. Но, чтобы это было так, нужно многое сделать (Президент РФ В.В.Путин, Послание Федеральному Собранию, 12 декабря 2012 года, Москва, Кремль»). Мы, в свою очередь, конкретизируем сказанное: в части того, где «нужно многое сделать» — например в деле родовспоможения. В т.ч. в Свердловской области в целом и г. N-ске в частности. Ибо живущие там люди попытались родить «требуемое» количество детей. Но вот успешной их попытку признать нельзя: отечественное здравоохранение не обладает ни необходимым оборудованием, ни достаточной квалификацией. Более того, крайне затруднительно: не только найти виновных в такой ситуации, но и возложить на них ответственность.

Итак супруги Милютины, Наталья и Игорь (имя и фамилия изменены) «решали задачу, поставленную Президентом». Однако из трех (!) полностью выношенных Натальей беременностей (!) (что само по себе достаточно тяжело: физически - для женщины и морально – для обоих истцов) благополучно завершилась одна. Компенсация, которой добилась эта семья, пока составляет сумму в 220 тысяч рублей: 150 матери, 70 – отцу. И она, скорее всего, будет оспорена больницей. Возможно и потому, что Мегуса АМТ, страховой компании, которую для обращения в суд нашли Милютины, в 2013г уже не существует. А так повелось, что в желание кого-либо еще активно защищать права пациентов люди не верят. К слову: информация относящаяся, т.с. к разряду «домыслов»/предположений: сдается мне, что только за прошлый год в Свердловской области зарегистрировано не менее полторы сотни случаев, когда установленное (!) нарушение стандартов медицинской помощи привело к инвалидности, а чаще — к смерти пациента. До суда дошло не более 10% из них. Итак, первая беременность Милютиной, по поводу которой она наблюдалась в консультации по месту жительства в 2006г, протекала, по словам районных докторов, нормально, по результатам ультразвуковых исследований никаких патологий не выявлялось, дополнительных назначений не делалось.

В положенный срок, в начале 2007, в роддоме соседнего города Наталья родила сына, у которого – совершенно неожиданно для врачей, оказалась тяжелая врожденная патология – гастрошизис.
(Справка: гастрошизис – врожденный порок развития плода, представляющий собой незаращение передней брюшной стенки в околопупочной области, при котором происходит выпадение наружу органов брюшной полости. Считается, что гастрошизис не представляет диагностических трудностей, обнаруживается при УЗИ с 13-14 недель беременности, так же при нем характерно изменение показателей крови беременной. .... при рождении ребенка с гастрошизисом прогноз благоприятен при условии оказания экстренной хирургической помощи сразу после рождения. Беременная женщина, отказавшаяся от прерывании беременности в связи с пороком развития плода, подлежит отнесению к IV группе риска и соответствующему динамическому наблюдению ; роды проводятся в медицинской организации, имеющей возможности для оказания экстренной оперативной помощи новорожденному. Своевременное выявление порока развития плода позволяет семье принять информированное решение о прерывании беременности по медицинским показаниям либо о вынашивании беременности);
Поэтому
, в связи с невыявлением тяжелой патологии первой беременности, родившийся доношенный ребенок практически не имел шансов на жизнь - необходимая ему экстренная операция не могла быть проведена в N-ске. И действительно, несмотря на перевод ребенка в Областную детскую клиническую больницу и проведенную там операцию, спасти его жизнь не удалось.
Вторая беременность Милютиными планировалась, наступила в 2008г. и благополучно закончилась родами второго сына. В т.ч., возможно, и по причине особого внимания к роженице.
Еще через два года Наталья, не оставляя мечту иметь большую семью, встала на учет в свою женскую консультацию по поводу третьей запланированной беременности. Поскольку ничего врачей Н-ской ЦРБ опять не насторожило, то обследование ГБУЗ СО «Клинико-диагностический центр «Охраны здоровья матери и ребенка» (далее по тексту – КДЦ ОЗМиР), куда она, как беременная с отягощенным акушерским анамнезом (ОАА) систематически направлялась с места жительства, было узко направлено на исключение врожденных пороков развития третьего плода. Увы, как выяснилось позже, данная беременность протекала с патологиями, не заподозренными, не установленными и не пролеченными своевременно: на сроке 37 недель, рано утром у Натальи отошли воды, но родовой деятельности (схваток) не было. В 5:30 часов утра Наталья поступила в родильное отделение Н-ской ЦРБ. В 10 часов ей поставили капельницу для возбуждения родовой деятельности, примерно через три часа начались схватки, а вскоре - кровотечение, в связи с чем врач решила делать операцию. После того, как Наталья отошла от наркоза, ей сообщили, что её третий сын родился в коме, практически нежизнеспособным из-за большой кровопотери и недостатка кислорода. Вечером в тот же день он умер. Произошедшее врачи объяснили «совершенно неожиданно» начавшейся отслойкой плаценты, при этом акушер в разговоре признала, что ребенка можно было спасти, проведя кесарево сечение раньше. Да и посмертные исследования говорили о своевременно не установленном и длительном внутриутробном страдании плода. Не будучи уверенной в своей прежней страховой компании (Мединком, после реорганизации — Астрамед МС), Наталья обратилась в «Мегус-АМТ», заменив полис обязательного медицинского страхования. Там для нее была проведена экспертиза, установившая дефекты качества родовспоможения и нарушения нормативных стандартов медицинской помощи. По мнению страхового эксперта, третья беременность Натальи была отягощена патологиями, не выявленными своевременно специалистами Н-ской ЦРБ. В результате больницей не выполнялся нормативный стандарт обследования и лечения в соответствии с группой риска беременной; при поступлении в роддом оценка её состояния персоналом была неадекватной, что повлекло неверные тактические решения по ведению родов. Правильной тактикой в данном случае было оперативное родоразрешение сразу после поступления Натальи в роддом, но имевшееся время для минимизации вреда здоровью было упущено, шансы ребенка на жизнь оказались сведены к нулю.
После этого, при поддержке нового страховщика, семья Милютиных обратилась в суд. В исковом заявлении к больнице были указаны претензии по ведению как первой, так и третьей беременности Натальи. Суду этой оценки оказалось недостаточно и потому по делу была назначено новое исследование, проведение которого традиционно поручили «Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы (Свердловскому БСМЭ)». Ничего нового в ее подходе не проявилось. Так анализ несвоевременной диагностики пороков развития первого ребенка Милютиной ограничился следующим заключением: «развитие гастрошизиса связано с нарушением энтерогенеза под влиянием множества факторов... Частота гастрошизиса в 20 раз чаще, чем в популяции наблюдается у юных первобеременных в возрасте 15-19 лет. Милютина входила в группу риска по развитию гастрошизиса... В некоторых случаях в зависимости от степени развития дефекта брюшной стенки, выпадения петель кишечника, положения плода, чувствительности УЗИ аппарата диагностика данной патологии представляет определенные трудности и при наличии подозрении требует дополнительных исследований. Учитывая отсутствие признаков гастрошизиса при динамическом УЗИ исследованиях плода, в настоящее время разрешить вопрос в связи с чем обусловлено не обнаружение данной патологии в период наблюдения за беременной, не представляется возможным».
Но, по нашему мнению, не обнаружить гастрошизис можно было только исключительно вследствие низкого качества проведения УЗИ: «учитывая, что гастрошизис является грубым пороком развития плода, тем более что у ребенка он был выражен в значительной степени («полная эвентрация толстого и тонкого кишечника» - по данным протокола вскрытия), неоднократное неустановление наличия данной патологии на УЗИ свидетельствует исключительно о низком качестве проведенного Милютиной обследования, одна из важнейших целей которого выявление грубых пороков развития плода» (из нашей позиции в суде). Далее выяснилось, что доктор, проводившая обследование, либо не обладает соответствующей квалификацией, либо не смогла доказать ее получение: на вопрос о наличии сертификата специалиста функциональной диагностики врач сказала, что она проходила курсы повышения квалификации по данной специальности. На вопрос юриста Мегуса – когда, ответить не смогла, но юрист больницы кричала, что документы предоставит. После объявленного судом перерыва пришла, и сказала, что документы представлять не будет. Дополнительно суд установил, что кабинет функциональной диагностики не был оснащен аппаратом УЗИ, соответствующим необходимым требованиям, указав в дальнейшем, что «доводы ответчика, что медицинское учреждение не обладает высоким уровнем оснащенности лечебно-диагностическим оборудованием не moгут служить основанием для освобождения ответчика от оказания качественной медицинской помощи при родовспоможении, а также ответственности».
В дальнейшем эксперты Свердловского БСМЭ не нашли существенных нарушений и не признали связь между действиями (бездействием) врачей и синдромом дыхательных расстройств у ребенка и в деле по третьей беременности. Отдельно в суде исследовался такой аспект: целесообразность (оправданность) использования конкретного препарата. Обычно я не вдаюсь в такие тонкости. Типа «пусть в них разбираются специалисты, а не судья, которая всего-навсего опирается на то мнение, которое ей показалось наиболее убедительным». Но в этом случае, насколько я понимаю, «вопрос остался открытым». Речь идет о «эндапросте». Так один из наших экспертов считал, что использование его в целях родовозбуждения (согласно инструкции производителя от 2009г.) ошибочно, он может применяться либо для изгнания уже мертвого плода, либо в виде геля для подготовки шейки матки. Да и вообще его воздействие на плод изучено недостаточно. В ответ доктора зачитывали список побочных действий по окситоцину (который может и должен применяться для родовозбуждения). Однако слова врачей о том, что рождение третьего ребенка Милютиной в столь тяжелом состоянии (на 1-2 балла по шкале Апгар), для них было полной неожиданностью («они не могли понять причину такого состояния» при том, что операционную для кесарева сечения развернули очень быстро) косвенно могут свидетельствовать о том, что такое необычно тяжелое состояние ребенка и было связано с не до конца изученным воздействием энзапроста на живой плод. Так что пусть выделенный нами «нюанс» т.с. «побудет в информационном пространстве». До более квалифицированного обсуждения и вердикта. И еще одно обстоятельство: по мнению нашего юриста (Елены Пестовой), когда она перед судом фотографировала материалы дела, то обратила внимание на то, что к заключению СМЭ был подколот отдельный лист («партограмма») из мед.карты Милютиной. Партограмма – это графическое изображение показателей состояния беременной, которое в реальности далеко не всегда выполняется. Тем не менее, эта красивая картинка была оформлена (бог весть – когда) в Н-ской ЦРБ (это к вопросу о «подготовке больницей документов к суду»). С ее помощью они пытались убедить всех, что они каждые полчаса наблюдали за роженицей, хотя дневниковые записи этого не подтверждают, кардиомониторинг плода не велся, так как в ЦРБ тогда еще не было кардиомонитора. Естественно, то, что только эта картинка была подколота к экспертному заключению наводит на определенные мысли. Вот, пожалуй, и все. А в заключение вернемся к списку «некоторых экспертов», на сомнения которых ссылался г-н Путин В.В. По моему — он имел ввиду и специалистов Свердловского областного «Бюро судебно-медицинской экспертизы». Ведь именно они находят объективные причины тому, почему на Урале из трех доношенных детей выживает только один. А компенсация за такую ситуацию не многим превышает 200 тысяч рублей.

Р.s. Формально изложенное дело продолжает рубрику под названием «а не спеши ты нас хоронить..», потому, что оно велось еще Мегус-АМТ. Но очень уж долго судья готовила по нему решение... Р.p.s. По еще одним имеющимся у нас данным (которые не будут опровергаться) в 2012 г в Свердловское здравоохранение привлечено дополнительно 350 врачей, при этом с 01.09.2013г. для Свердловского мед.института будет увеличен объем гос.заказа: со 100 до 130 человек. Это плюс. Хоть и экстенсивного, но развития.

Latest Month

September 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner