?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Пермский гамбит » Медицинский Вестник.
Пару недель назад я дал комментарий для этой статьи. Интересен и актуален он тем, что (тезисно):

«…в корне проблемы (поэтому данный случай можно экстраполировать и на ряд иных регионов) лежит перераспределение финансирования, связанное с переходом на единые федеральные нормативы финансирования, заложенные в основу расчета тарифов»…
- «…и это общая беда медицины – «свои» (подвинутые в Перми в течении последних двух лет) не могут сопротивляться «местному» медицинскому сообществу, с которым давно сложились и устоялись комплексные и неформальные связи. Ломают прежнюю систему варяги» (Свердловчанам «повезло» - они «рационализировали» затраты при более комфортной финансовой конъюнктуре…).
- «…избытка денег в медицине не наблюдается, поэтому остается распределять их максимально рационально, справедливо и эффективно. Это, честно говоря, непростая задача. Актуальная во всем мире (но суммы, подлежащие распределению, отличаются)».

НО! Не смотря на то, что «в кулуарах» российской медицине в 2017г обещано существенное повышение «подушевого норматива финансирования базовых программ ОМС», что может настраивать руководителей региональной медицины на благодушный лад, в реальности изменений к лучшему не может быть.
И потому надежды на «федеральную» компенсацию уменьшения финансирования медицины со стороны региональных бюджетов, см. URA.Ru, 29 августа, Шок-прогноз: свердловскую медицину сажают на голодный паек – необоснованны. Иллюзорны.

Разве что «объявленное властями Оклахомы после землетрясения чрезвычайное положение в округе Пауни, с требованием законсервировать 37 скважин для сточных вод, используемых местными нефтяниками и газовиками…» поднимет капекс сланца выше 60 д/баррель и улучшит (для нас) статистику Baker Hughes… В результате устойчиво (!) подняв цену барреля (без девальвации рубля) до 3400 за бочку. А иначе…

Ладно. Полная версия моего текста для МВ – вот:
«О снижении финансирования ЛПУ (поликлиник), по позиции Пермского ОНФ (в каждом регионе она своя, в зависимости от того, какая группа ОНФ контролирует).

Если посмотреть Территориальную программу гос.гарантий (бесплатного оказания гражданам медицинской помощи) на 2016 и 2015, они размещены на сайте пермского Минздрава http://minzdrav.permkrai.ru/programmy/), то можно увидеть, что объем финансирования поликлинической помощи вовсе не снизился. Формально, и это никем не опровергнуто, но объем финансирования медицинской помощи в амбулаторных условиях в рамках ОМС в 2015 году составил 9 млрд 065 млн руб., а на 2016 год он запланирован на уровне 9 млрд 216 млн рублей, то есть вырос на 150 млн или на 1,7 %. (А ОНФ говорит 6,5 млрд и о снижении на 7,5 %)
Другое дело, что деньги подешевели (в т.ч. на медикаменты и расходку), а первоочередные обязательства по поводу выплат зарплат (тоже подешевевшим) медицинским работникам никто не отменял! Но это уже второй вопрос.
На мой взгляд, в корне проблемы (и не только Пермской, поэтому данный случай можно экстраполировать и на ряд иных регионов) лежит перераспределение финансирования, связанное с переходом на единые (и прозрачные, это главное!) федеральные нормативы финансирования, заложенные в основу расчета тарифов (о чем и говорит ТФОМС). Это явление мы наблюдаем по всей стране (см.Свердловскую область, где, например, исторически Екатеринбург имел более высокие тарифы, чем поликлиники в удаленных от областного центра районах), но особенно болезненно его переживают в тех краях, где «застряли», заигрались с практикой индивидуальных тарифов (в т.ч. – или в первую очередь, идя на поводу у «близких» лечебных учреждений), вовремя (в, условно, «сытые годы») не перешли на единые нормативы и подходы. О том, откуда «уши (ноги) растут» жалоба ОНФ и свидетельствует – от прежних привилегированных ЛПУ, и теперь требующих индивидуальных тарифов, читай – «ручного управления». В т.ч., возможно – за откат. В той же, к примеру, Свердловской области «вольницу глав.врачей» ломали несколько лет назад, когда проблемы были аналогичными. Но Свердловчанам «повезло» - они «рационализировали» затраты при более комфортной финансовой конъюнктуре. Пермяки же с реформой чуток запоздали. И влетели в ней в ситуацию «идеального шторма» во всей экономике страны.
В таких условиях «разбалованные» (отдельные) руководители учреждений, были шокированы снижением средств из-за перехода на единые тарифы и, взяв непомерные обязательства, в т.ч. социальные, не смогли справиться с задачей балансировки доходов и расходов. И им, как политически, да и по человечески, возможно проще уйти. Нельзя же открыто признаться в причинах того, почему они раньше мы жили лучше других! Ведь зачастую по отдельным учреждениям разрыв с прошлым финансированием колоссальный.
Да, у любой медали есть, как минимум, две стороны. И кроме проигравших есть и выигравшие. Т.е. те ЛПУ, где финансирование возросло. Но:
а) хвастаться тем, что у тебя стало лучше у нас не принято,
б) то, что стало лучше воспринимается как должное,
в) да, стало лучше, но «это все равно не деньги».
Пермскому региону никто (кроме политической воли) не мешал раньше подготовиться, постепенно внедряя новые способы оплаты. Все последние четыре года федеральные минздрав и фонд открыто закручивают гайки в части тарифной политики в системе ОМС, с каждым годом предоставляя регионам все меньше свободы в этих вопросах. Но в Перми, что называется, дотянули. И это, между прочим, общая беда медицины – «свои» (подвинутые в Перми в течении последних двух лет) не могут сопротивляться «местному» медицинскому сообществу, с которым давно сложились и устоялись комплексные и неформальные связи. Ломают прежнюю систему варяги. Как, чуть раньше, в той же Свердловской области.
Что касается конкретно Л-ко, то, честно говоря, его личная зарплата – дело второе. Вообще увод от проблемы в не ту сторону. Хотя ничего необычного в работе на 2,25 ставки в провинциальном здравоохранении нет, это там обычное дело, но, вообще-то, это работа более 24 часов в сутки.
Далее. Аналогичную проблему я комментировал так:
«К сожалению, избытка денег в медицине не наблюдается, поэтому остается распределять их максимально рационально, справедливо и эффективно. Это, честно говоря, непростая задача. Актуальная во всем мире (но суммы, подлежащие распределению, отличаются). В частности же вся страна Россия идет по пути уравнивания тарифов ОМС через введение единых нормативов финансирования. Зачастую это означает, что если какая-то больница имела исторически сложившееся завышенное финансирование по сравнению с остальными (почему – отдельный вопрос), то переход на единые тарифы не может не сказаться отрицательно на ее финансовом благополучии».
По кредиторской задолженности.
ТФОМС обязан ежемесячно отслеживать ее общий уровень, при этом причины возникновения просроченной задолженности «больше среднего» обсуждаются руководителями больниц совместно с собственником – соответствующим Министерством здравоохранения. Это – обычное дело. Между прочим, да, периодически ведущее к появлению обоснования для оптимизации лечебной сети, в т.ч. подразумевающей увольнение и части административного (и не только) персонала. Хотя, как говорил бывший министр здравоохранения Свердловской области (тоже нелюбимый региональными врачами), за точность цитаты не ручаюсь, но смысл передам: «вы к кому пойдете рожать (речь шла о закрытии род.дома) – к тому, кто принимает роды раз в неделю или несколько раз в день?». Хотя и тут «не все гладко» (наше последнее (по времени, дело - http://starodubcev-m-a.livejournal.com/129117.html ).
«Немного теории».
Достаточность финансирования здравоохранения принято оценивать не только по размеру распределяемых по больницам средств, но и по остаткам средств ОМС на их банковских счетах, а также размеру кредиторской задолженности учреждений системы ОМС. Считается, если у больницы размер кредиторской задолженности перед поставщиками коммунальных услуг, продуктов питания, медикаментов и расходных материалов возрастает, значит, ей не хватает текущего финансирования. При этом нельзя однозначно делать вывод, что если несколько месяцев подряд средства на счетах отдельного учреждения накапливаются, то финансирование превышает потребности лечебного процесса, а если у клиники копится задолженность – однозначно финансирование неадекватно занижено. Нет, на практике может быть все по-другому. Например, администрация приняла решение накопить достаточный объем средств для крупной закупки медикаментов или дорогостоящих расходных материалов, отсюда и десятки миллионов на счете учреждения. И наоборот, если все деньги направлены на расчет по крупному контракту, мы увидим снижение остатков по расчетному счету.
То некоторое увеличение кредиторской задолженности учреждений по системе в целом, что мы наблюдаем в июне-июле в любом регионе (поднимите новостные сводки прошлых лет, например, по Свердловску, мы неоднократно с этим явлением сталкивались), есть ни что иное как сезонность, именно в этом периоде происходит выплата отпускных медперсоналу. Напомню, доля заработной платы в расходах любой поликлиники превышает 90 %!».
В Пермском крае годовой размер финансирования учреждений системы ОМС заявлен в размере более 25 млрд, то есть 2 млрд 086 млн в месяц. Злые языки утверждают, что и там, как и в Свердловской, да и не только, областях можно говорить о месячном запасе средств.


Если говорить о системном росте кредиторской задолженности отдельных учреждений здравоохранения, как в ставшей известной Соликамской ЦРБ, то стоит предположить пресловутый дисбаланс доходов и расходов, связанный, в первую очередь, со сменой способов оплаты, с поправкой, на видимо, желание до последнего выполнять принятые ранее обязательства (скорее – по зарплатам) не взирая на изменившийся объем финансирования. Как только выполнение этих обязательств стало окончательно невозможно появилось заявление об увольнении.

Latest Month

April 2018
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner